Ибо нечего думать принижающие самого себя мысли! И без того найдется кому их не только подумать, но даже высказать.
В том, как он выпрямился в седле автоматона, как глядел из-под полуопущенных век, как строил надменно-презрительную физиономию, Митя неожиданно уловил нечто знакомое… и тут же понял! Да ведь это — он сам! Это его Ингвар копирует! Неуклюже, неумело, без природного изящества и меры — сам Митя никогда бы не стал и бровь поднимать, и угол рта кривить одновременно! — но Ингвар подражал ему!
Неожиданно это растрогало. Настоящего светского поведения Ингвару не постичь никогда, но старается же, морда германская! И образец нашел достойный.
Сперва Митя обиделся. Это он-то чистоту сохранил? Он светский человек, а где вы видели светского человека и чтоб не был циничным? Да он такой циник, что Урусову и не снилось!