«Мы сражались за правое дело, мой дух закалялся, но одновременно с этим из меня испарялось что-то очень и очень важное.
Когда мне стало казаться, что по ту сторону мушки такие же Воины, и у них тоже есть своя правда, я испугался. Испугался по-настоящему — но не смерти, а трёх её прихвостней: бессмысленности, слепоты и… трансформации — вот этого я испугался больше всего».