Я жаждала стать частью сообщества, иметь собственную компанию, но вскоре обнаружила, что невозможно предугадать, где именно мне доведется встретить близкого по духу человека, и часто это происходило в самых неожиданных местах.
Чтобы завершить путешествие, возвращающийся герой должен выдержать удар реального мира.
Вернуться туда, откуда ты пришел, — не то же самое, что никуда не уходить [29].
Терри Пратчетт. Шляпа, полная неба
Отдел художественной литературы,
стеллаж с книгами в твердом переплете, под буквой П
Помни, Фокс, — писал он, — надо делать то, что кажется, будто сделать не можешь… С любовью, Элеонора Рузвельт».
«Всегда чувствуй себя на все сто, Джессика!» — так она говорила. В ее философии была заключена особая мудрость, которую никак нельзя было назвать поверхностной
Любой инициативе, любому творческому акту присуще одно элементарное свойство. О нем часто забывают, а ведь именно поэтому бесчисленные идеи и великолепные планы гибнут в зародыше. Суть этого свойства в том, что, как только окончательно решишься, Провидение придет тебе на помощь. Произойдет множество событий, больших и малых, которые иначе ни в коем случае не произошли бы. Решение порождает целую цепь последствий, обращает на пользу решившемуся непредвиденные обстоятельства, встречи, ему оказывают материальную помощь [74].
Уильям Х. Мюррей. Шотландская экспедиция в Гималаи
Отдел литературы об экспедициях,
справа от камина, верхняя полка
Судья скептически глядела на меня, пока я, зареванная, стояла перед ней, с трудом выговаривая слова.
— Вы можете выполнять обязанности присяжного заседателя?
— Да.
— Вы в состоянии судить непредвзято?
— Нет.
— Почему?
— Мне отказали в визе. — Захлебываясь слезами, я едва могла выдавить из себя несколько слов.
Судья скептически глядела на меня, пока я, зареванная, стояла перед ней, с трудом выговаривая слова.
— Вы можете выполнять обязанности присяжного заседателя?
— Да.
— Вы в состоянии судить непредвзято?
— Нет.
— Почему?
— Мне отказали в визе. — Захлебываясь слезами, я едва могла выдавить из себя несколько слов.
Будучи неисправимым романтиком, я представляла себя героиней современной сказки: разумеется, в полночь красный фургон не обернется тыквой, а вот меня через три дня депортируют с бала.
За ее спиной на стене висел плакат, на котором крупным шрифтом было написано: «Вы имеете право потребовать священные книги вашей религии». Я едва удержалась, чтобы не попросить ее принести одну из книг Ричарда Докинза.